Следите за новостями:

В последнюю осень

В минувшую пятницу, 24 октября, на центральной аллее Серафимовского кладбища Санкт-Петербурга, прямо за Вечным огнем ленинградцев-героев, был похоронен Ринат Сафин – герой олимпийской эстафеты 1972 года. Проводить олимпийского чемпиона в последний путь пришло человек 40 - люди в основном уже весьма преклонного возраста.

Серафимовское кладбище – весьма почетный петербургский пантеон. Скажем, из спортсменов здесь нашли свой последний приют наш первый олимпийский чемпион Николай Панин-Коломенкин, легенда еще ленинградского «Зенита» Лев Бурчалкин, хоккеист Геннадий Цыганков, первый питерский олимпийский чемпион по биатлону Николай Пузанов… Правда, в последнее время выдающихся спортсменов города стали хоронить на Северном кладбище – там даже специальная аллея спортсменов организована. Изначально предполагалось похоронить там и Рината Ибрагимовича, да не вышло. То есть направление соответствующие инстанции выделили, но, когда брат и вдова покойного приехали в администрацию кладбища, оказавшийся «на хозяйстве» менеджер запросил «сверх счетчика» ни много ни мало 400 тысяч (Сафин какой-то, олимпийский чемпион…). Игорь Ибрагимович, считавший своим святым долгом достойно упокоить великого брата, стал было оформлять документы, но на всякий случай позвонил в спорткомитет Санкт-Петербурга. Дальше все разрешилось как нельзя лучше – встало на дыбы «Динамо» и городское МВД, в котором Ринат Ибрагимович служил по окончании спортивной карьеры. Словом, похоронили со всеми почестями – с оркестром и оружейным салютом – хоть с количеством пришедших на похороны это вязалось мало, да и непременные для таких печальных случаев награды и спортивные трофеи отсутствовали полностью. Зачем я все это так подробно рассказываю? Наверное, потому что в этом последнем земном эпизоде биографии выдающегося спортсмена отразилась и вся его жизнь, в которой тяжкий труд вознаграждался редко и скупо, а сам герой повествования был чаще скромным гостем и тихим старателем.

Уже позже, на панихиде (в обычной питерской коммуналке, где в свои последние годы олимпийский чемпион и не жил практически) я обратил внимание, что нет в доме ни одного парадного портрета героя Саппоро. Вот молодой Сафин в форме майора внутренних войск, рядом его олимпийская фотография, притом явно отрезанная от группового снимка. А где четыре золота чемпионата мира? Где чемпионское фото первенства страны 1971 (там Сафин выиграл все)? Где фото с пьедестала драматичнейшей гонки на 20 км – чемпионата мира в Закопане (1969). Там результат Сафина долгое время был лучшим, и только ураганный финишный порыв Александра Тихонова не дал молодому ленинградцу завоевать золото. Те 2,8 секунды разницы между первым и вторым местом по прежнему являются рекордом чемпионского противостояния биатлонной классики. 

1969 год. Чемпионат мира. Закопане (Польша)

Индивидуальная гонка.

1. Александр Тихонов (СССР) 1:22.46,2 (2, 1, 1, 1).

2. Ринат Сафин (СССР) +2,8 (0, 1, 1, 1).

3. Магнар Сольберг (Норвегия) +1.14,5 (1, 1, 1, 2).

4. Николай Пузанов (СССР) +2.12,7 (0, 2, 2, 0)…

14. Виктор Маматов (СССР) +4.58,6 (1, 1, 2, 2). 

«Все увез на родину», — рассказывает брат Рината Сафина Игорь Ибрагимович, имея в виду Казань – недалеко от которой, в деревне Большие Яки, они с братом появились на свет. Ринат — перед войной, Игорь – после.  «Когда Ринат уходил из прежней семьи, я собрал его спортивные награды и все что было связано со спортом, — продолжил Игорь Ибрагимович. — Долгое время все лежало у меня, на Лиговке, а потом я в Казань отвез – тем более, что сам брат про них с последние лет 30 не вспоминал даже. Надо, конечно, все достать – чтобы люди видели… Он просто очень скромный был, застенчивый даже»

В биатлон и вообще в спорт Сафин пришел в 1962 году. Собственно, как пришел… В армию он пришел, во внутренние войска. А до армии не то что лыж не знал – о спорте вообще понятия не имел.

«Отец наш был человек очень строгий и требовательный, — рассказывает брат олимпийского чемпиона. — И Ринат, и я начали работать еще в школе. Ринат и на карьере лопатой и киркой махал, и на молочной ферме трудился. А дома без работы тоже никто не сидел: мы и про выходные дни-то ничего не знали – какой уж спорт? Зато уж накачан Ринат был крепко. В армию уходил уже сложившимся спортсменом – только о самом спорте ничего еще не знал».

В Ленинградском военном округе физическую подготовку парня оценили – научили стрелять, поставили на лыжи, запустили в гонку патрулей. Там-то он и попался на глаза молодому тренеру Михаилу Мизюкаеву, победителю и призеру чемпионатов страны по лыжным гонкам. Через год Ринат уже выполнил разряд мастера спорта по лыжам и параллельно начинал стрелять. Было ему на тот момент уже 23 года… В 1967 Сафин выступил на своем первом чемпионате мира, где занял четвертое место в индивидуальной гонке и взял серебро в эстафете. На Олимпиаду в Гренобль начинавший тогда свою тренерскую карьеру Александр Привалов Рината взять не рискнул. Зато уж в следующем олимпийском цикле вместе с Александром Тихоновым и Виктором Маматовым Сафин составлял костяк эстафетного квартета. Эксперименты тренерского штаба заключались лишь в расстановке по этапам. Шестиминутное преимущество нашей четверки над норвежцами на чемпионатах мира 1969 и 1970 говорит само за себя! 

А потом была Олимпиада в Саппоро – куда Сафин попал, что называется, без отбора. И был второй этап олимпийской эстафеты. 

1972 год. Олимпийские игры. Саппоро (Япония)

Индивидуальная гонка

1. Магнар Сольберг (Норвегия) – 1:15.55,50 (0, 1, 1, 0)

2. Ханс-Йорг Кнауте (ГДР) – 1:16.07,60 (1, 0, 0, 0)

3. Ларс-Гуннар Арвидсон (Швеция) – 1:16.27,03 (0, 0, 2, 0)

4 Александр Тихонов (СССР) – 1:16.48,65 (3, 1, 0, 0)…

7. Виктор Маматов (СССР) – 1:18.16,26 (1, 1, 0, 0)…

12. Иван Бяков (СССР) – 1:20.42,78 (0, 2, 1, 0)…

19. Ринат Сафин (СССР) – 1:22.22,59 (3, 2, 1, 1)

Эстафета 

1. СССР – 1:51.44,92 (3+9)

Александр Тихонов – 28.54,48 (0+1, 2+3)

Ринат Сафин – 26.48,52 (0+1, 0+0)

Иван Бяков – 28.15,90 (1+5, 0+0)

Виктор Маматов – 27.46,02 (0+1, 0+0)

2. Финляндия – 1:54.37,25 (3+14)

Эско Саира – 28.52,04 (0+0, 1+3)

Юхани Суутаринен – 29.37,33 (1+3, 1+3)

Хейкки Икола – 28.45,79 (0+1, 0+3)

Маури Роппанен – 27.22,09 (0+1, 0+0)

3. ГДР – 1:54.57,67 (4+10)

Ханс-Йорг Кнауте – 28.11,72 (0+1, 0+0)

Йоахим Мейсшнер – 28.35,86 (0+1, 0+2)

Дитер Шпеер – 28.50,72 (0+2, 2+3)

Хорст Кошка – 29.19,37 (0+0, 2+3)

Мужские эстафеты в Саппоро – это, вообще, случай особый. Все вспоминают прорыв Веденина в лыжной эстафете – Сафина реже. Может оттого это, что Сафин бежал второй этап, а Веденин – заключительный. Я уж сколько перебрал видео и газетных архивов… В кинохрониках о биатлонной эстафете вообще ничего. В газетах все почти буднично – не подвел, дескать, команду, проявил характер… Как бы это теперь назвали – отыграть минутное отставание и передать эстафету, которую начинал где-то далеко за спинами соперников с минутой преимущества?

— Брат часто вспоминал Олимпиаду? – спрашиваю Игоря Ибрагимовича.

— Не особенно. Газеты писали, конечно, много – почти чемодан этих публикаций собрали. А сам Ринат… Он малоразговорчивым был. Улыбался все застенчиво так. Про Магнара Сольберга рассказывал. Вот, мол, молодец, на двух Олимпиадах подряд золото в 20–километровой гонке выиграл. А больше я не помню ничего такого яркого из его олимпийских историй.

Еще через два года Сафину дали понять, что подросло новое поколение спортсменов и ему места в сборной уже вроде как и нет – хотя с чемпионата мира 1973 года он вернулся с «дежурной» золотой эстафетной медалью. Сафин не обиделся – тем более, что было ему на тот момент «уже» 33. Еще пару лет бегал на первенстве Вооруженных сил, а потом завершил карьеру. Тут-то и оказалось, что трудолюбие на трассе и в ведомственных коридорах – стихии совершенно разные. Из аппарата «Динамо» Сафина тут же попытались выдавить. И выдавили бы, когда б не заступничество одного высокого начальника, любившего биатлон. «Пока не выйдет на пенсию по возрасту – будет работать!» – твердо заявил он «руководителям на местах», которые уже и сменщика Сафину подобрали, и повод расстаться нашли вроде бы правильный. 

С первой женой пришлось расстаться – олимпийский чемпион в «мирной жизни» был тихим и совершенно не пробивным. Даже к своим друзьям по золотым эстафетам, взлетевшим много выше него, стеснялся обратиться. Одним из последних мест его работы была служба в охране в одном из автосалонов.

«У меня гараж был на Софийской, — рассказал Николай Кучев, ныне вице-президент федерации биатлона Санкт-Петербурга. – Я как-то проходил мимо автосалона, смотрю – Сафин. Я зашел, поговорили с Ринатом Ибрагимовичем. Он сказал, что надо где-то получать зарплату – вот и устроился. Я потом регулярно к нему заходил. Разговаривали, он подробно расспрашивал о делах в сборной, городской федерации, в «Динамо». Чувствовалось что все это ему глубоко небезразлично, и что предложи ему кто-нибудь работу в системе, он согласился бы с радостью, но… Сам просить он не умел. Что там – я спросил как-то у одного из начальников автосалона, знает ли он кто сидит у них охранником? Тот не поверил – пока в интернет не залез».

После того как олимпийским чемпионам назначили пожизненные пенсии, Ринат Ибрагимович вовсе ушел с работы и почти не вылезал с дачи под Киришами. На телефонные звонки не отвечал даже друзьям. За пенсиями, которые в последние годы выплачивал и СБР, и городская федерация, приезжал редко – чаще просил передать жене. На приглашения приехать на какой-то званный вечер или соревнования (а их было немало) почти неизменно отвечал отказом, интервью не давал. Две моих попытки разговорить героя Игр в Саппоро (по телефону – от личной встречи он категорически отказывался) вязли в бесконечных «не помню», «спросите у Саши Тихонова», «нет»… Он и умер как-то тихо, в понедельник – а официальное сообщение прошло лишь в среду.

«В России вечная память длится 40 дней» — вычитал я как-то давно печальный афоризм. Ни в коем случае не хочу обвинить кого-либо в забвении имени олимпийского чемпиона. Наверное, он сам хотел прожить остаток своих дней так – как прожил. И все же обидно, что так мало собралось информации о выдающемся спортсмене. Что ж, тем сильнее убеждаюсь я в том что затеянная СБР «Аллея Славы» — проект, безусловно, нужный. Надеюсь я и на то, что к моменту ее официального открытия биографический рассказ о блистательном биатлонисте Ринате Сафине расцветет документальными свидетельствами и яркими подробностями по-настоящему незаурядной жизни. Она этого несомненно заслуживает. 

Константин Бойцов