Следите за новостями:

Валерию Медведцеву — 55!

5 июля, известному советскому и российскому спортсмену и тренеру Валерию Медведцеву исполняется 55 лет. Олимпийский чемпион, трехкратный серебряный призер Олимпиады, первый в истории абсолютный чемпион мира, Заслуженный тренер России — это все Валерий Алексеевич! Biathlonrus.com напоминает о спортивных достижениях Валерия Медведцева.

Биатлон для Валерия Медведцева начался в школьные годы по интересному стечению обстоятельств: на первенстве Ижевска не хватало одного участника, которым стал ни разу не стрелявший даже в тире пятиклассник. Вот так учитель физкультуры определил дальнейшую судьбу будущего чемпиона. На тех соревнованиях маленький Валера, благодаря чистой стрельбе, стал десятым. Тогда его заметил тренер и пригласил в биатлонную секцию. Однажды во время сборов спортшколу посетила легендарная олимпийская чемпионка, лыжница Галина Кулакова, которая провела встречу с учениками. В одном из своих интервью Валерий Алексеевич назвал советскую лыжницу человеком, определившим его спортивную карьеру:

«Мы в зимнем лагере тренировались, мне 12 лет было, и она приехала – просто рассказывала про тренировки, про психологию. Зал сидел человек на 400, большинство зевали. А меня тогда как раз и зажгло. Сейчас просят: проведите встречу с детьми. Иду обязательно – набирается такой же зал, и тоже большинство зевает. Но если хоть один-два человека что-то поняли – уже не зря».

В юношескую сборную СССР Валерий попал в 1981 году, а в главную команду — в 1985–м. Как раз в том время в биатлон пришел коньковый ход:

«Мы ведь в уникальное время попали – когда биатлон переходил на конек, — вспоминает Медведцев. — Только из юниоров вышли в мужчины, а Геннадий Раменский меня оставил с юниорами. Потом в декабре перед этапом в Раубичах он приезжает: ребята, все иностранцы ходят коньком, давайте тоже, больше лыжи мазью не мажем. Мы: а как коньком ходить? Он: носки отпиливайте ножовкой (тогда носки высокие такие были), будем пробовать. Как-то сразу эту технику подхватил. Может быть, природа дала. Через пару недель тренировок я стал серебряным призером этапа Кубка мира в Раубичах (вне конкурса тогда бежал), а в свой первый официальный выезд на Кубок мира выиграл двадцатку. За счет техники во многом, за счет резкости. Так же ходил Вова Драчев – мы примерно одного роста, резкий толчок получался – чик-чик-чик, как машинка».

В 1986 году Медведцев отправился на свой первый чемпионат мира. В то время на чемпионатах мира разыгрывалось всего три комплекта медалей: индивидуальная гонка, спринт и эстафета. При этом конкуренция была явно не ниже, чем сегодня: спортсмены из ГДР, ФРГ, австрийцы, да и партнеры по команде не давали расслабиться – всем хотелось выиграть. И победы вышло сразу три. Три золотых медали – уникальное достижение, которое до этого не смог выполнить ни один даже самый титулованный биатлонист. Первый в истории мирового биатлона абсолютный чемпион мира. Спустя год это достижение смог повторить немец Франк Петер Реч, но повторить уже сделанное – совсем другое.

Канадский Калгари смог получить право проведения Олимпийских игр только с седьмой попытки. В 1988 все было готово для старта XV Зимней Олимпиады. Особенной гонкой для советской команды, конечно же, была эстафета, ведь ее ни разу не проигрывали. В личных гонках Валерий Медведцев выиграл два серебра, оба раза его смог опередить Реч, но вот уж золото эстафеты советская четверка не отдала никому. Не оставили шанса соперникам даже приблизится к ним, итоговое преимущество советской сборной над командой ФРГ составило более минуты. В той гонке Валерий бежал заключительный этап. 

«На Олимпиаде в Калгари вообще ни одного дня не тренажил. Чувствовал, что мне это напряжение перед стартом будет лишним. Наоборот, необходимо было освободить голову и тело – вообще тренажить не любил. И тренеры прислушивались. Потому что часто так бывало, что откажусь от тренажа, а на следующий день бегу и делаю ноль. Спортсмен должен себя чувствовать, а тренер доверять. Я после Олимпиады-88 потерял пять килограммов веса. В 1989–м я весь сезон ходил пешком, меня хотели исключать из команды. Потому что тренеры, которые сами не прошли этой школы, не понимали, что со мной. Мне только говорили: «Ты ленивый, ты зазвездился!». Во временном спаде ничего страшного нет. Это закономерно, потому что на крупных стартах ты отдаешь все, и даже больше», — рассказывает Медведцев.

Двукратный олимпийский чемпион Дмитрий Васильев, товарищ Медведцева по сборной вспоминает: «Вообще смешных, забавных моментов всегда было очень много. Валера меня всегда называл «Димок». Помню, когда после победы в эстафете в Калгари все расписывались друг другу на нагрудных номерах, он мне написал обращение: «Димок, живи долго», — меня тогда это сильно удивило. У нас тут эйфория от победы, а он мне такое житейское пожелание написал. В тот момент отложилось такое яркое впечатление от этой фразы, потому что она очень хорошо характеризует человека: он не ограничен сиюминутной радостью, а глубоко смотрит в жизнь. До сих пор эти эмоции свежи в памяти.

Он вообще всегда очень веселый. Мы на соревнованиях всегда жили с моим другом Сергеем Булыгиным в одной комнате и всегда много шутили. Валера приходил к нам, садился и включался в этот процесс шуток. Постепенно в него вовлекались все остальные, потому что хохот стоял на весь этаж. Но Валера всегда приходил к нам самым первым, всегда начинал этот процесс.

Медведцев очень позитивный, всегда строит много планов, иногда кажется, что они немного чудаческие, но потом смотришь и план уже реализован. До чемпионата мира в 1986 году, когда он стал абсолютным чемпионом, мы его особенно всерьез не воспринимали, пока все три золотых медали не увидели, слишком уж он интересный и неординарный. Я бы сказал, необычный». 

Следующие Олимпийские игры для Валерия Медведцева были в Альбервиле. Тогда ему выпала большая честь – быть знаменосцем сборной команды на церемонии открытия, но уникальность ситуации состояла в том, что политическая обстановка в стране была слишком неопределенной и Валерий Алексеевич в результате нес олимпийское знамя: 

«Нести знамя Объединенной команды СНГ меня назначило руководство сборной — в те времена это решалось так. Естественно, это стало большой честью и большой ответственностью для меня. Единственный минус – провели мы на стадионе в общей сложности шесть часов, а первая гонка была – уже через день.  В итоге пробежал я её кое-как и, конечно, никаких медалей не завоевал. Пришел в себя только ко второму старту. Тем не менее, я рад, что был знаменосцем на параде открытия Олимпийских игр.

Говорят, что знаменосцы не выигрывают Олимпиаду, но среди спортсменов такой приметы нет. Взять, хотя бы, Сергея Чепикова, который нес флаг в 1994 году в Лиллехаммере – и выиграл там спринт. Правда первую гонку он пробежал также плохо, как и я двумя годами ранее, зато вторую выиграл.  То есть, рискуют только знаменосцы, у кого соревнования начинаются на следующий день или через день после открытия. А в остальном, такой закономерности нет. Знамя, действительно, очень тяжелое. Это же не детский флажок – его должно быть видно всем на стадионе. Но я, все равно, нёс флаг в одной руке – правой. Помню, все говорили: «Карелин нёс знамя одной рукой». Я и подумал: «А чем я хуже?» Ну, ничего, выдержал. Хорошо, что ветра не было.

Знаменосца выбирают по заслугам, а не по комплекции. Ведь знаменосец – это лицо страны на церемонии открытия Олимпиады. Я был таким же, как все наши спортсмены. Может быть, есть спортсмены, которые кичатся тем, что были знаменосцами, но я не из таких. Это ведь только, своего рода, аванс, а особенным можно себя почувствовать, когда выиграешь олимпийское золото. Но то, что творится в голове у знаменосца, можно описать одним словом – ответственность. А когда выигрываешь золотую медаль, испытываешь радость и облегчение, что ты оправдал надежды страны и вложенные в тебя средства».

Несмотря на все свои великие достижения Медведцев всегда был и остается человеком благодарным, особенно тем, кто ему помогал в своем становлении, в частности своему тренеру Михаилу Ткаченко, с которым работал с 1979 года:

«Считаю его вторым отцом. Вообще, он в жизни многому меня научил: от стрельбы до правильного отношения к жизни. Я многим ему обязан – он даже от смерти меня спасал. Это было время развала Союза. Я заразился клещевым энцефалитом. У нас в Ижевске было много клещей – я снимал их после тренировки и давил ногтем, а, оказывается, ногтевая оболочка более проницаемая, чем кожа. Яды прошли, и я заболел. Без сознания уже лежал – Ткаченко всех на уши поставил, доставал лекарства. Благодаря ему относительно быстро восстановился, даже без последствий».

К Олимпийским играм в 1994 году ситуация в сборной России заметно изменилась. В 1993 году пришел новый тренерский штаб и контакт с ним так и не наладился. В 1994 году Медведцев взял перерыв и ушел на самоподготовку из-за конфликта. После этого в основную сборную вернуться уже не удалось – изменилась политика руководства, но желание выступать было очень сильным.

Многие журналисты отмечают, что когда берут интервью у Валерия Медведцева и задают ему вопросы о работе других спортсменов, у него всегда горят глаза, будто бы он описывает самого себя: «Он должен жаждать борьбы, побед, биться за результат на каждом метре, даже на тренировке…».

Это же подтверждает и его товарищ по команде, двукратный олимпийский чемпион Сергей Чепиков: «Я попал в команду, когда он уже имел выдающиеся результаты в биатлоне. В тот момент он уже стал абсолютным чемпионом мира, а это очень почетно. Он всегда вдохновлял меня своим профессиональным подходом: выкладывался на каждой тренировке, в каждой гонке. Он по натуре максималист, лидер и за ним все молодые ребята тянулись и показывали очень высокие результаты».

Спортивная карьера Валерия Медведцева закончилась в 1998 году, началась карьера тренерская. Много будущих чемпионов прошло через его школу. 

«Моя теория – это моя же практика, — говорит Медведцев. — Когда я был спортсменом, Виктор Федорович Маматов всегда нам говорил: «Все равно вы когда-нибудь захотите стать тренерами, так что нужно все тренировки заносить в дневник, анализировать». Поэтому когда я тренировался, у меня всегда было чувство, что я знаю, что и как мне нужно сделать. Дней за 20 до важного старта я подходил к тренерами и говорил, над чем хочу поработать. Мне помогали и шли навстречу. Меня учили думать, и я хочу научить думать и анализировать нынешних спортсменов. Никто, даже самый гениальный тренер, не сможет почувствовать спортсмена лучше самого спортсмена». 

В тексте использованы материалы sport-express.ru, sports.ru, izhlife.ru

Юлия Осипова, специально для Biathlonrus.com