Следите за новостями:

Россия биатлонная. Ульяновск

Продолжая знакомство с положением дел в регионах, руководитель пресс-службы СБР Константин Бойцов посетил Ульяновск. В три дня пребывания на Волге поместилось многое: юбилей одного из самых инициативных тренеров Поволжья Юрия Охотникова, знакомство с небогатым, увы, прошлым и (о, чудо!) потрясающими перспективами ульяновского биатлона.

Наконец, главным итогом краткого вояжа стало обретение уверенности в том, что российский биатлон может жить и развиваться не на одной только господдержке. Энтузиазм и творческий подход способны, если не повернуть вспять великую русскую реку, то взять энергии от ее силы и мощи. Волга неспроста зовется матерью не только российских рек, но и десятков крупнейших российских городов. Одних городов-миллионников на Волге… Нижний Новгород, Казань, Самара, Волгоград – все, кажется, назвал. А сколько еще городов в населением близким к миллиону? Демографический клондайк! Но вернемся к Ульяновску. 

На левом берегу


Что нам известно про вчерашний (да и позавчерашний) день ульяновского биатлона. В 1971 году ульяновец Назим Мухитов стал чемпионом мира в эстафете. На Игры в Саппоро Мухитов, правда, из-за нелепой травмы не попал. Дальнейшие успехи биатлонистов с родины Ленина могли замечать либо земляки и родственники, либо совсем уж внимательные болельщики. Алексей Катренко на закате кроссовой программы летнего биатлона собрал, кажется, рекордное количество золотых медалей чемпионатов мира – как в юниорской, так и во взрослой возрастной категории, да Иван Пичужкин привез в Ульяновск в 2010 году из Швеции золотую медаль чемпионата мира среди юношей, но дальше как-то не пошло.

Про Пичужкина я бы, вероятно, не стал бы специально вспоминать, если бы не важное обстоятельство. Вернее, даже два обстоятельства. Обстоятельство первое – именно в 2010 году в Ульяновске в Заволжском районе, неподалеку от троллейбусного депо началось строительство спорткомплекса «Заря», ставшего в короткое время опорным пунктом ульяновского биатлона. Обстоятельство второе – именно Иван Пичужкин с 2010 года является для этого комплекса одной из заметных фигур: сначала — в качестве спортсмена, а последние несколько лет — в качестве тренера. До этого на правом берегу Волги биатлона, считай, что и не было…

Биатлон был на левом. Собственно, как – был? Он там и теперь есть. Притом практически на тех же правах, что и прежде, когда нынешний патриарх ульяновского биатлона, судья первой категории и тренер Юрий Захаров завершил свою спортивную карьеру и начал тренировать. И до него в Винновской роще была лыжная трасса, но Захаров как-то договорился с мехзаводом об аренде небольшой территории и строительстве двух кирпичных зданий (типовой для того времени «архитектуры»), соорудил стрельбище, штрафной круг (под наклоном расположен, конечно, но тренироваться можно) и начал занятия. Было это все в начале 80–х, когда в Ульяновск из Татарстана переехал юный спортсмен Юрий Охотников.

А вы что ли хозяева?

Небольшой тир, кирпичное здание с рабочим кабинетом (он совмещен с тренажёрным залом) и раздевалками, видавшие виды асфальтовые дорожки (некоторое время назад их назвали велодорожками и, наверное, даже включили в какой-нибудь отчет о благоустройстве города), да то самое стрельбище… Все это работает и поныне и называется физкультурно-спортивным учреждением «Центр спортивной подготовки». Юрий Александрович Захаров приглашает нас с Охотниковым за стол, за которым сиживало не одно поколение юных, еще советских биатлонистов, угощает чаем и вкратце рассказывает про нынешнее житье-бытье:

«После того как механический завод начал мучительный процесс перерождений (приостановки, свертываний, слияний, банкротств…) мы тут стали практически никому не нужны. Последние два-три года и вовсе ютимся на птичьих правах. Если завтра все, что находится вокруг нас, купит какой-нибудь собственник и опечатает территорию,то нам попросту нечего будет сказать.

Работаем, конечно… Место хорошее – добираться детям удобно, парк опять же. Роллерка старая – на ней детом теперь только классику работать можно. Стрелять запрещают. Года не проходит, чтобы «зеленые» какую-нибудь бумагу на нас не написали. И свинцом-то мы почву отравляем и еще бог знает что… При этом в парк дикарей каждый погожий день до сотни приходит – пикники, шашлыки. Только с шашлычников что возьмёшь? а мы юридическое лицо. Вот и пишут».  

Мы выходим на велодорожку и идем по парку, спускаясь к берегу.

«За стрельбищем ухаживаем по привычке, хоть стрелять на нем и нельзя, — объясняет Захаров. — Но ведь и бросить нельзя… А стрелять теперь к Юре ездим. 40 минут туда, 40 минут обратно».

На стрельбище обнаруживаем мужика с косой (сотрудника местного «ЦСП») и благодушно настроенную пару отдыхающих. Солнце светит, травка зеленеет, кирпичики заботливо расставлены под мангал, угли вот-вот займутся…

— Что же вы на стрельбище делаете? – с какой-то риторической укоризной выговаривает им Захаров. – Видите же, что здесь спортивное сооружение, люди на тренировки приходят.

— Перестаньте скандалить, – столь же дежурно парирует вполне воспитанного вида дама, не прерывая приготовлений. – Это парк, общественное место. Вы что ли тут хозяева? Где объявление на этот счет.

Картина, что и говорить, печальная. Чудеснейшее место, могучие холмы с завораживающим видом на Волгу, беседка Гончарова (ее историчность притянута за уши, но дело не в этом) и все это в каком-то медленном угасании. В 90–е годы Захаров совместно с Александром Елюкиным (руководитель региональной федерации биатлона) невероятными усилиями воли, природной смекалкой и личными средствами сохранили для 600–тясячного города опорную точку для развития биатлона. Ныне эта «точка» пребывает в состоянии самого знаменитого героя Гончарова – сна и размышления высшем смысле существования. Школе вроде бы и есть где «прижиться», на чем пустить корни. Огромная заброшенная территория бывшего агрохозяйства так и просит о переносе стрельбища (пусть самого простого, самого тренировочного) – туда, но суровая реальность такова, что дай бог сохранить то, что есть.

Илья Ильич Обломов жил, среди прочего, ожиданием своего друга Андрея Штольца – вот, мол, приедет и подтолкнет, надоумит, поможет начать новую жизнь («сейчас или никогда»). Но «биатлонный Штольц» все не является. Министр спорта Ульяновской области Сергей Кузьмин, встретившись со мной на следующий, после грустного свидания с беседкой Гончарова, день уверил, что уже в 2017 году его учреждение выкупит бесхозные территории и объекты, и тогда начнется другая жизнь… Я, признаться, записал себе этот срок. Не хочу перечислять территории, где высокое спортивное начальство (и даже начальство еще более высокого уровня) было и продолжает пребывать в самых благих намерениях по поводу биатлона. Дай бог Ульяновску не впасть в обломовщину, а то литературных параллелей не оберешься.

«Большая часть человечества ставит на Штольца»


Биатлонный Штольц квартирует не так уж и далеко – в тех самых 40 минутах езды, что требуется детям «захаровского» центра, чтобы доехать до места стрелковой тренировки. Место, где раскинулось его хозяйство называется СК «Заря». Находится этот комплекс на балансе и попечении Ульяновского государственного Университета, а ДЮСШ именуется «Рингстар». Столь оригинальное наименование не имеет никакого отношения к ФИО легендарного ливерпульского барабанщика – просто изначально ДЮСШ была ориентирована исключительно на бокс, а с 2010 года…

Так бывает в России – стоит себе веками глухое место, стоит, никого не интересует. Потом вдруг раз-два – и с одного из таких мест в космос летит ракета, на другом вырастает вдруг из руин город-сад, в третьем возникает вдруг красавец-стадион. И так далее… Да, чаще всего такие вот метаморфозы – продукт высшей политической воли. Но Россия слишком большая страна, чтобы эта самая воля (даже самая клокочущая и неутомимая) охватила бы ее всю. Почему огромные регионы и территории согласны почти бесконечно ждать, когда эта воля снизойдет на них? Это один из вечных русских вопросов. Юрий Охотников из тех немногих людей, кто не стал искать на него ответа, но взялся за дело.

В 2010 году на месте стрельбища, где прошлым летом уже проводила тренировочные сборы юниорская сборная России – были лишь пеньки. 

Два года спустя – 10 мишенных установок и небольшой асфальтированный круг.

Сегодня СК «Заря» — замечательный биатлонный комплекс, куда многочисленные родители отправляют (и сами возят, если уж совсем маленьких) своих детей. Вот уже не первый год там целое лето функционирует полноценный спортивный лагерь (и свободных мест в нем нет). На комплексе занимаются несколько групп – от дошкольников до юниоров и ветеранов. Всего около 70 человек. Это пока (только пока) предел возможностей «Зари», хотя желающих намного больше – не зря Иван Пичужкин два года подряд расклеивал по всему Заволжскому району объявления.

Однако, прежде, чем начать клеить такие объявления Юрию Охотникову пришлось решить несколько важнейших задач. Задача первая – легализовать биатлон на «Заре». В этом вопросе звезды удивительным образом сошлись после встречи Охотникова с ректором УГУ Борисом Костишко. Искра ли проскочила между двумя энтузиастами, сказалась ли чья-то рекомендация – только первые пару лет строительства биатлонного комплекса Охотников действовал исключительно как «доверенное лицо ректора УГУ», благо документов на этот счет никто не спрашивал. Вряд ли Борис Михайлович об этом хоть раз пожалел, поскольку если может быть иллюстрация того, как в классическом Университете (а Костишко относит УГУ именно к такому классу ВУЗов) счастливо приживаются современные проекты, то лучшей, чем «Заря» иллюстрации вряд ли возможно выдумать. Проходишь мимо оружейки и не можешь вообразить, что прежде это было овощехранилище и чтобы извлечь его из-под земли понадобилось вывезти ни одну сотню машин грунта. А роллерные и кроссовые круги?! Они тоже будто из-под земли появились.

Время от времени Охотникову задают вопрос – вот, мол, сменится вдруг в УГУ ректор, как с новым отношения выстроишь, если он биатлон любить не будет? Охотников от таких вопросов отмахивается. Как истинный Штольц, он думает как жить, а не зачем? Как будет? А как было и есть с поиском инвесторов строительства и развития «Зари». Сергей Колесников и Игорь Рыбаков – они что ли ходили по Заволжскому району, высматривая кому б тут помочь поднять биатлон? Нет – на них Охотников вышел вполне инициативно. И не просто вышел, а в первую очередь сумел увлечь биатлоном. Да так сумел, что бывший гребец Сергей Рыбаков (также один из инвесторов комплекса) встал на ролики, приобрел личную винтовку, начал тренироваться и теперь принимает участие в ветеранских соревнованиях по биатлону (вплоть до чемпионата мира). Его именем, кстати, на «Заре» названа малая петля. Самая простенькая – на ней дети делают первые прокаты на роллерах. К слову, прокладка этой петли в первоначальном проекте не планировалась – Рыбаков сам, за собственные деньги ее заасфальтировал. Теперь во время своих приездов в Ульяновск (не таких редких, к слову) он вместе с детьми проезжает по маршруту собственного имени, хотя его личное мастерство за три последних года заметно возросло (равно как и подростков, начинавших вместе с ним осваивать ученический маршрут). Теперь инвестору по силам пройти знаменитую «Спокойной ночи, малыши» (так называют на «Заре» самый сложный участок, с длиннющим тягуном), а те, кто бегал по «петле Рыбакова», получают свои первые спортивные звания.

На сегодняшний день инвестиции в «Зарю» составляют около 50 миллионов рублей. Все эти средства оформлены как дар Университету и использованы по назначению: асфальт, вакс-кабины, раздевалки, система оснежения, микроавтобусы… Мишенные установки получены в рамках программы помощи от Союза биатлонистов России. Пока они механические, но в самом обозримом будущем планируется сделать их электронными. Когда проходишь с Охотниковым по трассам комплекса, когда выходишь на берег Волги («вон оттуда мы забираем воду для оснежения, а вон там хотим обустроит лодочную станцию»), когда видишь, как собираются на тренировки дети, – не остается никаких сомнений в том, что все здесь будет хорошо: что инвесторы поддержат, что УГУ не только не отвернется, но и студенты Университета станут, вслед за ульяновцем Юрием Шопиным стучаться в двери сборной команды страны. А если подключится по-взрослому региональное министерство спорта? Сегодня оно частично оплачивает эксплуатацию объекта и помогло биатлонистам получить квоту в губернаторской программе поддержки спортсменов (два миллиона в год, поверьте, большое подспорье и отличный стимул для перспективных талантов остаться в регионе), но разве это предел?

11 мая Юрию Охотникову исполнилось 50. Тот механизм роста, который ему удалось запустить – яркое подтверждение, что ожиданию манны небесной с политического Олимпа есть отличная альтернатива. И если такие механизмы, как в Ульяновске (а еще в Смоленске, а еще в Московской области), будут запускаться в других регионах, то наш биатлон не будет знать недостатка ни в юных спортсменах, ни в тренерах (сын Юрия Охотникова, Игорь, работает тренером юниорской сборной России), а биатлонные школы будут существовать не Христа ради.

В последний день моего краткого визита в Ульяновск на занятия пришли самые маленькие. Почти никто из них еще даже не ходит в школу, но биатлоном детишки заниматься уже хотят. Притом непременно мечтают стрелять, ведь расти до 12 лет еще так долго! Пневматическое стрельбище располагается рядом (практически на одной линии) со взрослым – дети чувствуют причастность не только прижимая к щеке приклад маленькой винтовки, но слыша и видя, как по соседству работают старшие члены семьи, в которую их только-только приняли. Взволнованные мамы смотрят со скамеек за будущими Зайцевыми и Устюговыми и о чем-то улыбаются.

— Слушаем тренера внимательно, — трогает за плечо отвлёкшегося мальчика Охотников. – Винтовка – работа серьезная. Кто будет промахиваться – побежит штрафной круг.

— Ой… Пока моя очередь стрелять подойдет – я штрафной круг пробегу! – с энтузиазмом откликается белобрысый Герман и только его и видели.

Я смотрю на групповое фото (возможно первое в еще коротенькой спортивной карьере) этой детсадовской группы и верю – многие из них будут ездить на «Зарю» долго. Сперва их будут возить мамы и папы, потом они разучат путь на стрельбище самостоятельно. Они встанут на лыжи и ролики, и работа, которую будут задавать им тренеры станет казаться им нудной и невыносимой. Не раз и не десять захотят они бросить все и выбрать спокойный домашний уют или бесшабашную компанию сверстников. Но сердца абсолютного большинства из них уже будут гореть любовью и преданностью к любимому спорту. Эти глаза и сердца зажгутся от «Зари» и от искр, которые не устают высекать Охотников и его команда. А раз это так, биатлон еще подарит множество подарков. Ульяновску он принесет многие сотни здоровых и крепких граждан, а российскому биатлону – ярких и талантливых спортсменов. Нужно только очень хотеть – примерно так, как Охотников.