проверить лекарство
Главные новости
Биатлон с высоты комментаторской кабины
21/02/2006
...Заглядывая в комментаторскую кабину телеканала "Спорт" на стадионе в Сан Сикарио, я и мечтать не могла, что буквально через несколько минут, после короткого разговора, услышу от Дмитрия Губерниева показавшиеся невероятными слова:
- Если хочешь, ты можешь даже остаться. Но имей в виду: работа здесь - это святое, я обычно никого не пускаю. Делаю исключение как для Официального сайта Союза биатлонистов России.
Удивительный вопрос: хочу ли! Конечно, хочу!
Освещать Олимпиаду приехали журналисты со всего мира, у каждой телекомпании своя кабина - они расположены в два этажа над трибунами. Все серьезны и сосредоточены, идет работа. Окно кабины выходит на стрельбище: спортсмены и тренерская биржа отсюда - как на ладошке. На столе у Дмитрия два монитора: на одном картинка с трансляции, на другом - полная база по отсечкам. Все остальное пространство завалено стартовыми листами, финишными протоколами, разнообразными справочниками: по ходу гонки нужно суметь сориентироваться в меняющихся цифрах, отследить все важные результаты, рассказать зрителям о том, что не попадает в объективы телекамер, да еще и среагировать на звучащие в наушниках обращения редактора из Москвы. И обязательно объяснить правила, потому что из всей телеаудитории страстными поклонниками биатлона, по подсчетам канала, являются только 3%, а всех остальных нужно еще посвятить в тонкости "нашего" вида спорта.
Обводит рукой многочисленные распечатки:
- У всех ноутбуки, а я вот как!..
- Почему же?
- Да как в том фильме, знаешь: в бою сапог надежнее!
Эмоции опять - как и всегда, впрочем - бьют через край. Откуда столько сил, откуда столько энергии?
- Мне уж сказали вчера, что хватит, мол, кричать.
- Ну, Дим, все понимают, что это фирменная фишка!
- Фишка. Но можно ведь кричать, а можно иногда и... не кричать.
Как бы то ни было, но у такого яркого стиля, когда комментатор переживает и болеет вместе со зрителями, традиционно много поклонников. И действительно очень сложно, признаюсь честно, удержаться в критические моменты гонки от невольных возгласов и не мешать эфиру.
По окончании:
- Ну что, какие замечания?
- Да все нормально!
И правда: здесь, когда видишь как это все происходит, сколько вкладывается души и труда, перестаешь слышать оговорки, даже если они, может быть, и были. Не ошибается тот, кто ничего не делает. А сидя на диване судить легко.
- Иногда после трансляции кажется, будто марафон пробежал! - признается Дмитрий. - Устал, конечно.
Устал. И поехал комментировать бобслей. Что делать - Олимпиада!..
- Если хочешь, ты можешь даже остаться. Но имей в виду: работа здесь - это святое, я обычно никого не пускаю. Делаю исключение как для Официального сайта Союза биатлонистов России.
Удивительный вопрос: хочу ли! Конечно, хочу!
Освещать Олимпиаду приехали журналисты со всего мира, у каждой телекомпании своя кабина - они расположены в два этажа над трибунами. Все серьезны и сосредоточены, идет работа. Окно кабины выходит на стрельбище: спортсмены и тренерская биржа отсюда - как на ладошке. На столе у Дмитрия два монитора: на одном картинка с трансляции, на другом - полная база по отсечкам. Все остальное пространство завалено стартовыми листами, финишными протоколами, разнообразными справочниками: по ходу гонки нужно суметь сориентироваться в меняющихся цифрах, отследить все важные результаты, рассказать зрителям о том, что не попадает в объективы телекамер, да еще и среагировать на звучащие в наушниках обращения редактора из Москвы. И обязательно объяснить правила, потому что из всей телеаудитории страстными поклонниками биатлона, по подсчетам канала, являются только 3%, а всех остальных нужно еще посвятить в тонкости "нашего" вида спорта.
Обводит рукой многочисленные распечатки:
- У всех ноутбуки, а я вот как!..
- Почему же?
- Да как в том фильме, знаешь: в бою сапог надежнее!
Эмоции опять - как и всегда, впрочем - бьют через край. Откуда столько сил, откуда столько энергии?
- Мне уж сказали вчера, что хватит, мол, кричать.
- Ну, Дим, все понимают, что это фирменная фишка!
- Фишка. Но можно ведь кричать, а можно иногда и... не кричать.
Как бы то ни было, но у такого яркого стиля, когда комментатор переживает и болеет вместе со зрителями, традиционно много поклонников. И действительно очень сложно, признаюсь честно, удержаться в критические моменты гонки от невольных возгласов и не мешать эфиру.
По окончании:
- Ну что, какие замечания?
- Да все нормально!
И правда: здесь, когда видишь как это все происходит, сколько вкладывается души и труда, перестаешь слышать оговорки, даже если они, может быть, и были. Не ошибается тот, кто ничего не делает. А сидя на диване судить легко.
- Иногда после трансляции кажется, будто марафон пробежал! - признается Дмитрий. - Устал, конечно.
Устал. И поехал комментировать бобслей. Что делать - Олимпиада!..
