25 июля свой юбилей отмечает двукратный бронзовый призёр Олимпийских игр — 1992 в Альбервилле, двукратная чемпионка мира Елена Кальянова (Белова). Она бегала в звёздном составе сборной СССР/СНГ/России вместе с Анфисой Резцовой, Еленой Мельниковой, Еленой Головиной, Светланой Печерской и другими выдающимися биатлонистками.

После резкого завершения карьеры Елена работала переводчиком в гостиничном бизнесе, помогала хоккейному «Металлургу», возглавляла управление спорта родного Магнитогорска, трудилась первым заместителем министра спорта Оренбургской области, а сейчас… Впрочем, читайте интервью!

— Елена Павловна, ваша жизнь после завершения спортивной карьеры полна неожиданных ходов. Вы же не изменяете себе?

— Конечно, нет! Я где-то читала, что нельзя больше семи лет на одном месте работать, должна быть смена деятельности. У меня примерно так в жизни и получалось. И сейчас работаю заместителем начальника футбольного клуба «Оренбург».

— ?!

— Да, да (смеётся). А что такого?

— И как вам? Интересная работа? Наверняка же в клубе не думали и не гадали, что вновь в РПЛ вернётесь?

— Вы правы. Все уже готовились к выступлению в ФНЛ, никто не ждал и не думал. Клуб набрал молодых ребят со второй команды, у которых было бы много игровой практики. Но теперь, видимо, им опять предстоит роль резервистов, поскольку ведётся активная трансферная кампания, чтобы усилить состав.

Работы много, она интересная. Конечно, это совершенно другое направление деятельности, но это просто очередной вызов. Я в своём время в хоккейной «Магнитке» работала, тоже было сложно и интересно. Меня привлекают разные виды спорта и не такого, что я готова только в индивидуальных видах работать.

— Нет у вас какого-то отторжения внутреннего от того, что статус, скажем прямо, совсем не тот, что у должности первого заместителя министра?

— Я сама добилась довольно значительных успехов в спорте и мне всегда хотелось заниматься тем, чтобы делать всё для развития спорта. На любой должности. Понимаете, основа везде одна, важен не статус, а сама работа и отношение к ней. И у меня сейчас нормальная, интересная работа, в которую нужно вкладываться.

— Неужели не хотелось уже оставить работу другим и пожить просто для себя?

— Проскальзывали и такие мысли, но я пока не вижу себя домохозяйкой у кастрюль на плите или грядок на огороде. Пока что-то знаю и умею, пока могу передать опыт, хочу ещё поработать. Единственное, хотелось бы в гости к подругам съездить. Мы со многими общаемся еще со времён сборной ДОСААФ СССР. Вот лично увидеться хотелось бы.

— Сейчас вы погружены в футбол, наблюдаете за тренировками. И как вам в сравнении с тем же биатлоном?

— Как вам сказать. Ребята не умирают на тренировках, как было в наше время. Мы на каждой тренировке отдавались работе, впахивали до седьмого пота. Для меня непривычно то, как они тренируются, им далеко до нас. Но я не могу оценивать, правильно это или нет. В конечном итоге, всё показывает результат. Да и вид спорта совершенно другой.

— Вы довольно резко завершили карьеру, хотя вполне могли бы ещё один олимпийский цикл пробегать. Что случилось?

— Меня вывели из состава национальной сборной. Для меня это выглядело странно. Да, под конец сезона у меня результаты были не очень, но всё-таки две медали на чемпионате мира. Я ещё год бегала, участвовала в соревнованиях, но когда ты не в обойме, когда работаешь в одиночку, то очень тяжело.

Потом результаты стали падать, и я поняла, что смысла продолжать дальше нет. Если бы оставалась в сборной, наверняка, ещё бы побегала. А если не быть на вершине, то и незачем себя мучить. Уходить лучше тогда, когда тебя ещё помнят. Тогда и молодёжь тюменская подошла талантливая – Лена Мельникова, Галя Куклева, Альбина Ахатова. Конкуренция будь здоров. Конечно, никто не уговаривал меня остаться. Кому нужен лишний соперник?

— Вы бегали в сборной вместе с Анфисой Резцовой, которой, к сожалению, уже нет с нами. Каким был её статус в команде – суперзвезда или одна из многих?

— Она была очень талантлива! Но ведь правду говорят, что талант – только 1 процент успеха, остальные 99 процентов – работа. Анфиса очень много трудилась и была настоящим пахарем. Честно говоря, когда она пришла в команду, всем остальным пришлось немного сложновато. Тренеры ведь ориентировались на неё по скорости лыжного хода и требовали того же от остальных. Прошло какое-то время, прежде чем они вновь стали учитывать индивидуальные качества каждого. Нереально было повторить то, что делала на лыжне Анфиса – ведь и лыжницы не могли за ней угнаться!

Резцова была очень своеобразной. Очень доброй, весёлой, готовой отдать последнее подруге по команде, пожертвовать чем угодно. Но в гонках она преображалась! Это был ураган, сметавший соперниц. Становилась резкой, не желавшей уступать ни в чём. Такой у неё был чемпионский спортивный характер. Да, она была одной из многих в сборной, но при этом очень выделялась.

— Почему вы после завершения карьеры в биатлоне не остались?

— Действительно, у меня была возможность пойти тренером. Но детским тренером я бы работать не смогла, поскольку выступала на очень высоком уровне и от детей требовала бы невозможного. А работать со взрослыми – я уже настолько устала от поездок, что меня просто ужасала сама мысль от того, чтобы вновь быть вне дома. И тут мне предложили поработать переводчиком в одном из магнитогорских отелей. Мне ведь всегда иностранные языки нравились, я и училась в вузе на факультете иняза, там же и спортом начала заниматься. Ну а дальше была и переводчиком, и администратором, и менеджером по приёму иностранных гостей. И однажды мне сказали, что я вновь вернусь в спорт, он никуда из моей жизни не уйдёт. Так и получилось.

— Часто вспоминаете свою биатлонную карьеру?

— Конечно. Пересматриваю фотографии, вспоминаю всё, что было тогда. Мне это очень близко. Я как-то смотрела документальный фильм про Елену Вяльбе, где она говорит, что если бы даже у неё была возможность вернуться назад и что-то изменить, она ничего бы не стала менять. В целом я с ней согласна, но будь у меня такая возможность, я бы кое-что изменила. Например, отстаивала бы своё место в сборной. Тогда мне помешало слишком хорошее воспитание, наивность, правильность и мягкий характер. Всегда ведь такое было, что кого-то проталкивают в команду, кого-то задвигают. Были и ещё моменты, которые хотелось бы поменять. Когда прошло уже много лет и ты оглядываешься назад, понимаешь, что можно было сделать лучше и добиться большего. Но жалеть мне не о чем, я могу назвать себя счастливым человеком.

— За современным биатлоном следите?

— Да. Особенно за тренерами, с которыми мы вместе ещё бегали – Михаилом Шашиловым, Андреем Падиным, Ольгой Скосыревой. Болею за них и их воспитанников.

— Не считаете, что у нынешнего поколения биатлонистов не так горят глаза, как у вашего? Они уступают предшественникам в желании быть лучшими?

— Они оказались в сложной ситуации. Спортсменам не хватает международных стартов. Когда ты варишься в собственном соку, можешь считать себя сколь угодно сильным, но на деле всё не так. Я сама прошла через это, когда тренировалась одна и быстро поняла, как много я уступаю на соревнованиях. Если всё время быть в одной и той же обстановке, роста и мотивации сложно ждать. Мне кажется, в этом и есть главная причина отсутствия какого-то задора, огня. Бегать только внутри страны несравнимо с международными стартами. Я уверена, отстранение накладывает свой отпечаток.

— У вас есть мечта?

— Вы знаете, я все свои мечты реализовала. Именно реализовала через труд, через препятствия. И тебе кажется, что это невозможно преодолеть, что всё против тебя. Но когда ты добиваешься своей цели, только получаешь такое удовлетворение, что запоминается только это, а не то, через что пришлось пройти. Ты сам всё сделал, а не Дед Мороз под ёлку положил. У меня жизнь складывалась непросто, очень непросто, но я повторю, что считаю себя счастливым человеком. И теперь я, когда поздравляю кого-то, желаю, чтобы у человека были мечты, ведь они двигают тебя вперёд. Ты двигаешься, ты живёшь, ты развиваешься. И чтобы твоя мечта исполнилась, тебе самому нужно для этого что-то сделать. У меня в жизни было так. А сейчас у меня не мечта, а самое большое желание, чтобы моя дочь была счастлива, чтобы у неё всё сложилось так, как она хочет.